Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

(шайба)

Мне шайбу в детстве подарили
и гаги - черные коньки.
А мы из форточки курили,
фарфоровую чашку мыли,
куда засунули бычки.

Под вечер чистили каток и
валились на неровный лед.
Осталось глянцевое фото:
там я и в лисьей шапке кто-то.
Теперь - никто разберет.

Что стало с домом и площадкой,
с вчерашней родиной, страной?
Куда бежим все без оглядки
и кто стоит в ушанке- шапке,
и курит за моей спиной?

К нему теперь не ходит почта,
и, если написать смогу, -
он для меня сегодня точно
остался в памяти бессрочной
как точка – шайба на снегу.
 

***

                               А.Свинухову



горький и горячий два глотка

неужели ничего не значит

город где столпились облака

и ребенок плачет

 

где готовят ужин пополам

с телепередачей вокруг смеха

край щербатый золотой где нам

пела пьеха

 

разве память заросла быльем

но лыжня морозный воздух режет

был же чай из кубиков бульон

или реже

 

стали эти серые дома

и метель уже не гонит в спину

не хранит издание дюма

лист рябины

 

ободок фарфорной кружки жжет

вкус забытый горький и горячий

родина как память детства ждет

город прячет

ИГОРЬ МЕЛАМЕД: АРСЕНИЙ ТАРКОВСКИЙ, КАКИМ Я ЕГО ПОМНЮ

Оригинал взят у imelamed в АРСЕНИЙ ТАРКОВСКИЙ, КАКИМ Я ЕГО ПОМНЮ

   Его имя я впервые услышал в 16 лет со сцены львовской филармонии, на выступлении очередного заезжего чтеца, кажется, Вячеслава Сомова. Оно не значилось на афише, да и местные стихолюбы плохо знали его поэзию. Несколько его стихотворений, прочитанных сверх программы, в нагрузку к Блоку, Цветаевой и Окуджаве, меня совершенно поразили. Помню, что одним из них было «Я ветвь меньшая от ствола России…». По причине «относительно меньшей известности» книги А. Т. можно было при желании найти во львовских библиотеках и взять на дом. Первой мне попалась «Земле – земное».
  

   Два года спустя, будучи студентом Черновицкого университета и приехав домой на каникулы, я зашел в гости к своему однокласснику. Там я познакомился с его дядей, неким Львом Хайкиным, журналистом московской многотиражки. Завязался разговор о поэзии. От Хайкина я узнал о существовании Бродского, которого тот отрекомендовал «лучшим из живущих русских поэтов». На мой вопрос об А. Т. журналист среди прочего сообщил: «При имени Тарковского Леонович встает». Это было очень понятно, и мир, в котором при имени А. Т. встает какой-то таинственный Леонович, показался мне несказанно прекрасным (лет через семь я рассказал эту историю Владимиру Николаевичу, и она его чрезвычайно позабавила).

  

Collapse )

Презентация книги Петра Образцова

Оригинал взят у fayzov в post
Сегодня, 22 февраля в магазине "КнигИ в Билингве" состоится презентация книги Петра Образцова "Мир придуманный химиками" (М, КоЛибри, 2011). 
Начало в 19.00
Если кому-то покажется странным то, что мы презентуем книгу, посвященную точным наукам, то просим не удивляться - Петр Образцов - наш старинный товарищ и писатель, да и книга ужасно интересная, вот!)

психология восприятия видео слепота андрей тавров

Оригинал взят у russgulliver в психология восприятия видео слепота андрей тавров
                                     АНДРЕЙ ТАВРОВ

СЛЕПОТА  


Картинка 18 из 93810

Вещи слепнут, вещи проваливаются, выпадают из восприятия, оказываются вне пределов нашей           видимости, несмотря на то, что вчера или позавчера мы их видели, различали, фиксировали зрением. Что происходит, куда они деваются. Целый час прогулки по улицам, а в результате – образ фонаря, красный свет на переходе и еще какая-нибудь чепуха. А все остальное? Мир? Мегаполис с его бесконечными россыпями вещей, жестов, красок. Где это все, куда делось?
В «Осени средневековья» Хейзинга пишет, что мир человека средневековья был ярче – цвета одухотворенней, сочнее – листва лучилась зеленью, а небо глубокой синью. Черный, слегка блестящий круп коня, белок дамы с голубой прожилкой, жемчужина на одежде – все было влажным, контрастным, живым. Неужели мир, освещенный электрическими лампами стал более блеклым. Неужели интенсивные краски телеэкранов и мониторов, сияющие вспышки рекламы и глянец фотографий величиной в дом – обладают меньшей силой цвета, меньшей степенью светоизлучения?

Картинка 0 из 304

Бальзак говорил, что гениальность писателя напрямую сопряжена со скоростью его восприятия, а Алексей Парщиков досадовал на медлительность человеческого глаза по сравнению с фотокамерой, в чем я не раз убеждался, разглядывая, например, фотографию амстердамской набережной, сделанную с того места, где я сидел и внимательно всматривался в панораму, но, как оказалось, не видел ни той девушки, седлающей велосипед, ни чайки над плоским корабликом, ни приоткрытой форточки на третьем этаже…  Ни тысячи других вещей.
Collapse )</lj-cut> 
 

***


                                  А. П.

 

Будет время чаю напиться:

обязательно, как рассказ,

нить клубится, ее страница

пахнет хлебом - здесь и сейчас.

 

Иностранно, как солнце в раме,

как экспресс на другой язык,

видишь камень и слышишь камень:

камень к камню привык.

 

Умереть для службы и просьбы -

невнимательно к доброте,

мы делаем гвозди, делаем гвозди,

делаем гвозди те,

 

что горят, как витрин карманы.

Ненамеренно, с кем и как

что вы пьете, Георгий Иваныч?

Я пью арманьяк.

 

А, задумавшись, ем без жажды

беспокойной красы цветы.

Это, видимо, видит каждый.

Не каждый, но – ты.

 

Кто шагнул с раскаленной крыши

в этот будничный выходной

чайной ложечкой. Слышишь? Слышу.

В обыденский зной.

 

Потому что война созрела.

Привели ее дураки.

Но белее мела, белее мела -

облако Его руки.

 



О современной прозе

  

Осилил две вещи. Первая – Овсянки Дениса Осокина. Здесь повествование завораживает и убеждает какой-то своей провинциальной правотой, сложившимся укладом. Тем якобы «всегда», которое существует с немого согласия представителей маленькой культуры, оригинального этноса (автор – филолог по образованию) в нескладном хоре империи. Придуманный язык, обычаи заставляют то краснеть, то восторгаться: ну как осудить ребенка? Свой легкий и вкусный воздух, свои метаморфозы и загробный мир (вода, чистое тело реки). Запомнилась фраза о том, что отношения между людьми существуют, пока есть Любовь. Т.е. ничего вне, только здесь и сейчас.

Наутро, проснувшись, понял на что это похоже: на французское кино – та же вроде пошлая реальность, а красиво (автор – сценарист по профессии).

 

Вторая вещь – Танкист или Белый тигр Илья Бояшова. Прочел за одну ночь. Автору удалось соединить фантастичность, правдивость, трагичность с увлекательностью сетевой игры. Главная, наверно, мысль: воюют не люди, воют с духом войны. Он – зачинщик всякой бойни и с его исчезновением кончается вражда.

 

Мне понравились обе вещи, но если быть придирчивым, Толстой или Платонов сумели бы сжать содержание до короткого рассказа. Впрочем, у Осокина и есть большой рассказ.

 

А.С. Пушкин (6 июня 1799 г., Москва - 10 февраля 1837 г. С-Петербург)


Посмотреть на Яндекс.Фотках

ДВИЖЕНИЕ

Движенья нет, сказал мудрец брадатый.
Другой смолчал и стал пред ним ходить.
Сильнее бы не мог он возразить;
Хвалили все ответ замысловатый.
Но, господа, забавный случай сей
Другой пример на память мне приводит:
Ведь каждый день пред нами солнце ходит,
Однако ж прав упрямый Галилей.

ПОЭТ

Пока не требует поэта
К священной жертве Аполлон,
В заботах суетного света
Он малодушно погружен;
Молчит его святая лира;
Душа вкушает хладный сон,
И меж детей ничтожных мира,
Быть может, всех ничтожней он.

Но лишь божественный глагол
До слуха чуткого коснется,
Душа поэта встрепенется,
Как пробудившийся орел.
Тоскует он в забавах мира,
Людской чуждается молвы,
К ногам народного кумира
Не клонит гордой головы;
Бежит он, дикий и суровый,
И звуков и смятенья полн,
На берега пустынных волн,
В широкошумные дубровы...


TO DAWE, ESQr

Зачем твой дивный карандаш
Рисует мой арапский профиль?
Хоть ты векам его предашь,
Его освищет Мефистофель.

Рисуй Олениной черты.
В жару сердечных вдохновений,
Лишь юности и красоты
Поклонником быть должен гений.